Проблема человека в психологии

Проблема человека в гуманистической психологии

Стоимость готовой работы 500 руб.

Оглавление

Глава 1. Основные методологические принципы и положения гуманистической психологии……………………………………………………..5

1.1. Специфика гуманистической психологии…………………………………5

1.2. Основные принципы гуманистической психологии для понимания природы человека…………………………………………………………………..8

Глава 2. Проблема человека в различных теориях гуманистической психологии………………………………………. ……………………………….11

2.1. Теория личностных черт Г. Олпорта………………………………………. 11

2.2. Теория самоактуализации А. Маслоу…………………………. …………..15

2.3. Понятие конгруэнтности личности в теории К. Роджерса…………….…..19

Список используемой литературы…………………………………………….…30

Введение

Рассматривая различные теории личности, можно отметить, что большинство исследователей так или иначе сходятся в том, что личность есть особый феномен, связанный со спецификой человеческой адаптации к социуму, к сложившейся и вновь создаваемой культуре, к собственным возможностям действовать и преобразовывать мир. Иными словами, человеку нужно быть личностью. Последняя выполняет какие-то функции в жизнедеятельности человека.

Гуманистическая психология (англ. humanistic psychology) — направление в западной, преимущественно американской, психологии. Гуманистическая психология сформировалась в 1960-х гг. XX в., предметом изучения являются психологически здоровые, зрелые, творчески активные представители человечества, которых отличает непрерывное развитие и активное отношение к миру. Гуманистические психологи отрицали наличие изначального конфликта человека и общества и утверждали, что именно социальные успехи характеризуют полноту человеческой жизни. Гуманистическая психология, созданная во 2-ой половине ХХ века К. Роджерсом, А. Маслоу, Г. Олпортом и другими рассматривает человека во всей его целостности и индивидуальной уникальности.

Заслуга гуманистической психологии в том, что она поставила на первый план изучение важнейших проблем личностного бытия и развития, задала психологической науке новые достойные образы как самого человека, так и сущности человеческой жизни. Сегодня гуманистическая психология занимает важное и устойчивое место в западной психологии; наметились тенденции частичной интеграции ее с др. школами и направлениями, в том числе с психоанализом и необихевиоризмом. Поэтому тема работы важна и актуальна.

Объект исследования – гуманистическая психология.

Предмет исследования — методологические принципы и положения гуманистической психологии.

Цель работы – проанализировать аспекты проблемы человека в гуманистической психологии.

изучить основные методологические принципы и положения гуманистической психологии

— проанализировать аспекты проблемы человека в различных теориях гуманистической психологии.

Для решения поставленных задач применялись следующие методы: изучение и анализ психолого-педагогической литературы, научно-педагогической литературы, синтез, обобщение, сравнение.

Цель и задачи работы обусловили выбор ее структуры. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной при написании работы литературы. Такое построение работы наиболее полно отражает организационную концепцию и логику излагаемого материала.

Список используемой литературы

1. Анцыферова Л.И. Психология самоактуализирующейся личности в работах Абрахама Маслоу // Вопросы психологии. 2003. №4. С. 173-180.

2. Дроздова Н.В. Генезис возрастной и педагогической социальной психологии: Методические рекомендации — Мн.: БГПУ, 2002.- 200 с.

3. Ждан А. Н. История психологии: Учебник. — М.: Изд-ва МГУ, 2000. — 367 с.

4. Маслоу А. Самоактуализация // Психология личности. Тексты. М.: МГУ, 1982. С. 108-117.

5. Марцинковская Т.Д. История психологии. — М.: Академия, 2008. — 544 с.

6. Маслоу А. К психологии бытия. — М.: АСТ, 2008. — 260 с.

7. Настольная книга практического психолога / Сост. С.Т. Посохова, С.Л. Соловьева. — Спб.: Сова, 2008. – 345 с.

8. Нельсон-Джоунс Р. Теория и практика консультирования. — СПб.: Питер, 2006. — 464 с.

9. Немов В.С. Основы психологии. — М.: Просвещение: ВЛАДОС, 2005. — 576 с.

10. Осипова А.А. Общая психокоррекция. — М.: Творческий центр, 2000. — 512 с.

11. Петровский А.В., Ярошевский М.Г. История и теория психологии. Т.1. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. — 416 с.

12. Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека. — М.: Прогресс, 1999. — 168 с.

13. Ростопшин П. Психология и педагогика. – М.: Приор, 2007. – 96 с.

14. Столяренко Л.Д. Основы психологии. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1997. — 736 с.

15. Шульц Д.П., Шульц Э.С. История современной психологии. — СПб.: ВЕЧЕ, 1998. — 400 с.

Источник:
Проблема человека в гуманистической психологии
masterdiplomoff.ru — скачать работу Проблема человека в гуманистической психологии
http://masterdiplomoff.ru/katalog/problema-cheloveka-v-gumanisticheskoy-psihologii.html

Проблема человека в психологии

../../Проблема Человека: Самость и Я в психологии

В античной традиции появлению религиозных и философских представлений о душе предшествовало существование легенд и мифов, некоторые герои которых так или иначе обретали бессмертие. Психея — это смертная девушка, обретшая бессмертие. Сделав это имя нарицательным, античные поэты-философы решили обозначить им то искомое, и пока не найденное в человеке, что «сильнее» смерти, отразив мечту смертного человека обрести бессмертие. Изучение условий обретения бессмертия привело философа Прокла в «Первоосновах теологии» к идее о том, что бессмертие прямо связано со способностью к самостоятельным движению и активности, не детерминированным внешними по отношению к субъекту причинами и факторами: «Все первично движущее само себя, все самобытно сущее в себе, — неуничтожимо… Все самобытное вечно» (29; 39-44).

Интерес к проблеме человеческого Я в современной философии науки (И. Пригожин, С. Хоакинг, Н. Моисеев) основан на осознании необходимости переосмысления ранее накопленного опыта и концепций в связи с пониманием информационно-вероятностной структуры жизни и всех ее законов (23, 28, 37, 38, 42, 46). В 1973 году Картер сформулировал антропный принцип: «вселенная должна быть такой, чтобы на определенном этапе ее эволюции ее параметры допускали существование наблюдателей». Этим наблюдателем и является Человек, рассматриваемый современной наукой как открытая система обменивающаяся энергией, веществом и информацией с окружающей средой, обладающая определенным внутренним содержанием, множеством внутренних состояний. Жизнь человека рассматривается и описывается как траектория движения самоорганизующейся системы во времени (Л. фон Берталанфи) (8; 134-192).

В современной философии Я — это теоретическое понятие: термин, реферирующий, обозначающий некоторый гипотетический объект, существующий в мире действительности, но не доступный наблюдению традиционными естественнонаучными методами, подобно иным объектам. Понятие Я, как правило, используется философами: во-первых, для обозначения действующего агента, актора, во-вторых, для фиксации центра инициативы или сущности личности, источника ее активной деятельности, в-третьих, для фиксации ментальной репрезентации личности, ее самосознания, ее представления о себе (38; с.1046-1058).

В концепцию Я в современных психологических исследованиях включается:
во-первых , когнитивный компонент — образ Я, отражающий половую, возрастную, социально-ролевую идентичности, картину своего тела (в сходстве и различии с другими живущими);
во-вторых , эмоционально-ценностный компонент, отражающий отношение к себе в целом и отдельным компонентам своей личности, характера, деятельности;
в-третьих , поведенческий, отражающий взаимовлияние и проявление первых двух компонентов в поведении. (30; с. 435-436).

Человеку свойственно иметь и строить не только теорию самого себя, такого, какой он есть сегодня в действительности, но и теорию идеального Я, такого, каким человек хочет быть в будущем. Полагается, что наличие такой концепции идеального Я, или будущего Я, является важнейшим мотивирующим фактором, побуждающим человека к действиям, направленным на саморазвитие, самореализацию, самоактуализацию, поиск подлинной жизни.

Если в связи со значением понятия Я сегодня нет существенных расхождений как между философией и психологией, так и между различными направлениями и школами психологии, то в связи со значением понятия Самость имеется множество нерешенных проблем. В разных языковых средах и научных школах оно несет разную нагрузку. В настоящее время термин «Самость» используется в русскоязычной психологической литературе не только в том значении, которое ему было первоначально придано русскими христианскими философами, но и для перевода английского термина «self» и немецкого «selbst», встречающегося в трудах многих видных психологов, использовавших этот термин в различных контекстах и значениях. Перейдем к изложению концепций Самости в различных теориях.

В философии П. Флоренского и А. Лосева Самость — это «искра божия» в человеке, центр духа, источник сознательной, целеустремленной активности, деятельности Человека (17, 20). С. Франк пишет: «Личность есть самость, как она стоит перед лицом высших, духовных, объективно-значимых сил и вместе с тем проникнута ими и их представляет, — начало сверхприродного, сверхъестественного бытия, как оно обнаруживается в самом непосредственном самобытии» (44; с.408-409).

Классик американской философии и психологии У. Джеймс считал «самостью» то постоянство личности, которое каждый из нас обнаруживает каждый раз, когда просыпается. Он выделяет три «уровня» самости:

Г.С. Салливан отмечает, что Самость — это некоторый текущий, достигнутый научением результат, характеризующийся освоенным репертуаром ролевого поведения и речевых практик. Это результат переживания воспитательного процесса, основанный на нашей способности играть роли других. Самость — это система, направленная на реализацию концепта «Я — хороший» и получение в связи с этим удовлетворения при минимизации тревоги. Система самости, по существу, является функциональной системой и может трансформироваться под воздействием опыта. В любом случае самость — это максимально возможный, освоенный репертуар поведения и речевых практик. Рост — это расширение репертуара, проблемы возникают из-за отсутствия в репертуаре эффективных схем и снимаются научением (36).

Р. Скиннер не против определения самости как суммы паттернов поведения. Однако, руководствуясь «принципом Бора» — «существующим мы имеем право считать лишь то, что наблюдаемо или может быть сделано таковым», Скиннер считает «более научным» говорить о «паттернах поведения»: «Самость, личность, свобода, творчество — это только объяснительные фикции, используемые в тех случаях, когда нет рационального, позитивного объяснения поведения, или неизвестна структура подкрепления этого поведения» (55). Скиннер считает использование этих фикций опасным, так как они могут создать ложное чувство удовлетворенности и сделать как бы ненужным глубокое исследование реальных, подлинных причин поведения. В результате отдельные элементы структуры поведения, по его мнению, остаются вне сферы эффективного контроля (52, 55).

Если наши цели являются не возвышенными, а всего лишь иллюзорными, то и наши проблемы не сложны, а просто бессмысленны.

Источник:
Проблема человека в психологии
../../ Проблема Человека: Самость и Я в психологии В античной традиции появлению религиозных и философских представлений о душе предшествовало существование легенд и мифов, некоторые герои
http://hpsy.ru/public/x1200.htm

Проблема человека в психологии

1 Уже сейчас начинают появляться совершенно необычные для прежней психологии темы и ракурсы. Назовем, например, небольшую книгу В.П. Зинченко «Возможна ли поэтическая антропологая?», в которой, согласно аннотации, «показано, что поэтические прозрения и живые поэтические метафоры помогают по-новому осмыслить известные научные данные о человеке и открыть новые страницы в его изучении» [10; 3].

Ответ на вопрос о направлениях и смысле развития требует соотнесения с более широкой темой – темой человека и его сущности. О необходимости обращения к этому уровню ясно говорил С.Л.Рубинштейн: за проблемой психического «закономерно, необходимо встает другая, как исходная и более фундаментальная – о месте. не сознания только как такового во взаимосвязи явлений материального мира, а о месте человека в мире, в жизни» [24; 256]. Рассуждения, восходящие к этому уровню, относятся по преимуществу к философско-психологическим, или философской психологии (термин Г.И.Челпанова), поскольку затрагивают область, пограничную между философией и психологией, куда могут быть сведены, стянуты нити отдельных психологических исследований и воззрений, где они могут быть отражены в своем единстве, откуда мы можем обозреть, воспринять психологию как единое целое, проникнуть в ее общий смысл и назначение.

То, насколько порой важно обращение к этому уровню, можно показать на примере одного из эпизодов научной жизни, рассмотрение которого поможет заодно представить понимание автором проблемы человека в психологии.

В 1982 г. вышла хрестоматия по психологии личности [22]. Эта быстро завоевавшая популярность учебная книга содержала среди прочих отрывки из сочинений М.М.Бахтина, в частности, его слова о том, что «. подлинная жизнь личности совершается как бы в точке. несовпадения человека с самим собой, в точке выхода его за пределы всего того, что он есть как вещное бытие, которое можно подсмотреть, определить и предсказать помимо его воли, «заочно». Правда о человеке в чужих устах, не обращенная к нему диалогически, т.е. заочная правда, становится унижающей и умертвляющей его ложью» [22; 255-256]. Если вдуматься в эти слова, то они представляют, по сути, смертный приговор для научной психологии личности, которая построена как раз на подслушивании и подсматривании, на стремлении к получению заочной правды. Редакторы хрестоматии этой опасности не усмотрели и в предисловии к извлечениям из М.М.Бахтина, напротив,

Вспомним расхожий в психологии афоризм: «Мыслит (или запоминает) не мышление (или память), а человек». Так же и бытийствует не личность, а человек. Если начинает мыслить мышление или запоминать память, то это либо патология, либо му’ка (например, жизнь описанного А.Р.Лурия мнемониста [16]), выход орудия из-под власти. Это касается и остального, включая и характер, и личность. Каждое из подобных образований может претендовать на роль главного и целого. Например, характер в подростковом возрасте, подсознание при невротическом развитии. Наиболее тонкая и современная подмена – подмена человека личностью, попытка выведения из нее самой оснований человеческой жизни, некий персоноцентризм, успешно насаждаемый и психологией.

Но в чем тогда видится специфика личности как психологического инструмента? Вспомним, что человек единственный из всех живых существ не принадлежит своему роду по факту рождения. Ему надо человеческую сущность присвоить, «выделаться в человека». По словам немецкого философа И.Гердера, «человек первый вольноотпущенник

Подчеркнем следующее. Во-первых, речь в определении не о состоянии, а о тенденции, собственно развитии, т.е. не о некоем месте пребывания, стоянии, а о движении, полном риска. Потому важен не сам перечень выделенных признаков, атрибутов (можно, конечно, дополнить другими), а то, ухватывают ли они, высвечивают, определяют ли общее направление пути 3 .

И второе. Напомним, что речь о развитии человека, тогда как личность согласно предложенному пониманию – специфический инструмент, орудие этого развития и в качестве инструмента оценивается в зависимости от того, как служит своему назначению, т.е. способствует или нет приобщению человека к его сущности. В свою очередь, личность необходимо разделять, разводить с «психическим», на чем настаивал А.Н.Леонтьев, говоря о «личностном» как об особом «измерении» [15; 385]. Поэтому человек может быть вполне психически здоровым (хорошо запоминать и мыслить, ставить сложные цели, быть деятельным, руководствоваться осознанными мотивами,

3 Конечной точки, предвидимого состояния мы никогда, по сути, не достигаем. И.-В. Гете, подводя итог своей долгой и столь, казалось бы, многоуспешной жизни, признавался, что у него чувство, будто он ворочал неподъемный камень, пытаясь установить, уложить его в некое уготованное для него место, всю жизнь и огромными усилиями, но так и не уложил окончательно. Понятно, что эти вечные несовмещения с намеченным, предощущаемым, эти усилия по достижению недостигаемого отнюдь не излишество или напрасная трата, но неизбежность и условие пути.

В начале статьи для рассмотрения выбраны три подхода: гуманитарная психология, нравственная психология, христианская психология. Проведенный теоретический экскурс был необходим, чтобы подойти ко второму из намеченных подходов.

Хотя связь этики как учения о нравственных началах и психологии охотно признается почти всеми, конкретные, реальные формы этой связи остаются весьма малопредставимыми. Как подчеркивает, например, Ю.А.Шрейдер, этика антипсихологична [29]. Более того, в определенном смысле она принципиально антипсихологична. Ибо положения этики нормативны, они предписывают поступать так или иначе, не соотносясь, по сути, с психологией конкретного человека, его возможностями, положением, психологическими реалиями.

Так может происходить и продолжаться до поры, пока мы полагаем цели изучения личности, критерии ее развития, нормы, здоровья в ней самой, не соотнося их с путем развития человека. Если же это соотнесение произвести, то, как мы видели выше, меняются понятия нормы, здоровья, самого смысла личности. И тогда психология из позиции наблюдения, наблюдателя борьбы за человека в человеке сама входит в область этой борьбы как ее инструмент, орудие и совершается кардинальный поворот: из психологии, согласной рассматривать нравственное развитие как частный вариант, сегмент своего применения, она становится нравственной психологией, действующей и видящей мир изнутри нравственного пространства, нравственного понимания человека.

Это схождение, вхождение психологии в этику, в нравственное пространство необходимо подразумевает наличие некой общей, единой пересекающейся территории, предмета (причем не второстепенного, а существенного),

Итак, намечается определенное совпадение векторов двух наук. Именно векторов, а не отдельных методов, фигур, построений; некая линия общей направленности, разделив которую психология личности из позиции отстояния по отношению к нравственности может войти под ее сень, стать самой нравственной. Не в том, разумеется, смысле, что она будет ее отныне олицетворять, а в том, что она будет сознательно служить ей, зная при этом, что отнюдь не теряет своей объективности, ибо служит тому, что действительно составляет сущность человеческой жизни.

Сказанное не означает, конечно, что вся остальная психология объявляется автором безнравственной (точнее было бы сказать вненравственной), что сбрасываются со счетов, обесцениваются ее достижения, глубины познания, реальная помощь людям и т.д. Речь лишь о попытке соотнести линии психологии и этики, показать неслучайность их схождения и возможность для психологии сознательного служения задачам нравственного развития. В свою очередь, как мы видели, это соотнесение невозможно без опоры на определенное представление о сущности, образе человека. Нравственная психология в этом плане есть психология, могущая быть соотнесенной с нередуцированным представлением о человеке.

Специально подчеркнем: «снятие» не означает уничтожения или даже нивелирования. Характер ведь не отменяется к зрелости, но получает в нормальном развитии подчинение, управление личностью, входит в иные системные отношения. Поэтому нравственная психология, восходящая к человеку, не исключает достижений, методов, наблюдений других подходов, фиксирующихся на подсознании, характере или личности, но, напротив, способна вместить, соотнести их между собой как исследование разных сторон (этапов) психологии человеческого развития, объединенных общей задачей обретения человеком своей сущности, своего понятия.

Теперь о третьей из намеченных нами линий рассмотрения – о христианской психологии. Действительно, все предыдущие рассуждения прямо подводят нас к этому. Если мы говорим о нравственном законе, то неизбежно встает вопрос о его основаниях: относительны они или абсолютны; временное и вынужденное соглашение, общественный договор, субъективное мнение или абсолютное, Богом данное установление? Скажут, что это вопрос религии, т.е. вопрос научно недискутируемый, необсуждаемый. Но дело в том, что он был и остается необыкновенно существенным для конкретного

4 Вспомним остроумную критику В. Франклом центрального тезиса западной гуманистической психологии о самоактуализации личности. Он приводит сравнение с бумерангом, задача которого вовсе не в том, чтобы он вернулся к тому, кто его послал (хотя большинство считает именно так), а в том, чтобы поразить цель. Возврат, на самом деле, есть свидетельство не приобретения, a неудачи или промаха. То же и с самоактуализацией личности. Будучи направленной на самое себя, то она означает промах в главном [28].

5 В этом плане веру другого можно принять, в свою очередь, лишь поверив в нее, и такой дар веры, до-верие, вера до свершения и подтверждения — особый знак и помощь, причем часто куда более ценная (и уж, конечно, более редкая), чем рентгеновский объективный разбор, стремление к восприятию человека «как он есть». Последнее вне соотнесения с первым (верой в образ веры, в образ будущего другого) может порой оказаться просто пагубным, затворяя горизонты и потенциальные возможности должного развития человека. Замечательна мысль Гете, что если мы будем принимать людей такими, какие они есть, то еделаем их хуже; а если мы будем обращаться с ними как с теми, кем они хотят быть, то приведем их туда, куда их следует привести.

Сходное и с верой религиозной. В основе ее также восстановление в себе путеводного Образа, никогда не могущего быть до конца доказанным, как теорема (в данном случае, как теодицея). Образ этот – что прозвучит резко – так же объективно вероятен, и на множество аргументов «за» находится столько же «против». И вновь – мера веры может быть равна мере неверия, и надобно превозмочь последнюю через усилия и нередкую борьбу («внутреннюю брань»). И вновь – смысл зависит от веры, и потеря ее способна обессмысливать бытие.

Разумеется, есть, и притом весьма существенные, отличия человека верящего (нерелигиозная вера) и верующего (религиозная вера), но сейчас нам важно зафиксировать наличие принципиально общей территории, единство психологической основы самого феномена веры, несмотря на возможные весьма серьезные различия ее форм. Данных различий мы здесь касаться не будем, поскольку это уведет нас далеко в сторону, отметим лишь, что если нерелигиозная вера, нерелигиозные предметы, образы веры чаще соотнесены, ограничены строительством, смыслообеспечением текущих деятельностей, то вера религиозная по самой

И подчеркнем вновь: речь идет не об отвлеченных философских или теологических аспектах, а об аспектах психологических, вернее, о той философии и теологии жизни, которая разыгрывается, воспроизводится в психологии, сознании человека. Замечательный мыслитель начала века В.Н.Несмелов писал: «Все ученые толкователи религии – и древние, и новые – почему-то интересуются только одним, что именно когда-нибудь думалось или думается человеку о Боге, и откуда бы человек мог почерпнуть свои думы о Нем. А между тем, думая о Боге, человек думает и о себе самом, и религиозное сознание человека всегда и непременно является составной частью его самосознания» [19; 279-280].

Эти три подхода мы хотели представить не как враждебные, противостоящие друг другу, но как, в известном смысле, преемственные, где последующий не уничтожает предыдущего, но вбирает в себя, добавляя новый принцип рассмотрения, возвышая, достраивая до целого образа человека. Рост этот имеет свои законы и сроки; что касается нынешнего времени, то согласимся с высказыванием А.И.Солженицына: «Но нам сегодня больше-то всего нужно подняться сперва на нравственный уровень, а потом на религиозный» [25; 152].

6 См. также материалы научного обсуждения данного учебного пособия в рамках философско-психологического семинара памяти Г.И. Челпанова [12].

И последнее – стоит ли так настойчиво возгонять психологию, пытаясь соединить земное и возвышенное, неужели задачи внутри самой психологии уже исчерпаны?

Разумеется, нет. Задач этих бесконечное множество, каждая достойна усилий и вовсе не обязательно требует соотнесения с родовой человеческой сущностью, нравственностью или бессмертной душой. С этого убеждения психология, собственно, и началась. Г.И.Челпанов писал в 1888 г.: «Хотя психология, как обыкновенно принято определять ее, и есть наука о душе, но мы можем приняться за изучение ее «без души», т.е. без метафизических предположений о сущности, непротяженности ее и можем в этом держаться примера исследователей в области физики» [27; 9].

Продолжим, однако, аналогию с физикой. До определенного времени последняя под одобрение общественности могла увлекаться все новыми и новыми открытиями, отстраняя возможные и далекие последствия, связь с образом человека, культурой, самим существованием человечества. Но после изобретения атомной бомбы и опыта ее применения на живых людях положение изменилось кардинально: перед физиками встала проблема осознания смысла и последствий их работы (судьбы Р.Оппенгеймера в Америке и А.В.Сахарова в России – явные тому иллюстрации).

Сходное наступает в психологии. Если не атомная бомба, то мощь направленной психологической радиации

7 Напомним, что душа воспринимается двояко (Ф.И. Тютчев писал о ее «как бы двойном бытки», о том, что она «жилица двух миров»): с одной стороны, как живое вместилище (орган) переживаиий (мы говорим — душа болит, поет, ликует, страдает, рвется на части, холодеет, падает и даже уходит в пятки), с другой стороны, как вечная, бессмертная энергия и субстанция, которая может отпечататься, проявиться в переживаниях, но отнюдь к ним не сводима. Это и есть душа в религиозном понимании или, чтобы подчеркнуть ее отличие от душевного мира, — дух (см. подробнее [l]).

1. Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий). Дух, душа, тело. Брюссель, 1978.

2. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М.: Просвещение, 1968.

3. Братусь Б.С. Нравственное сознание личности. Психологическое исследование. М.: Знание, 1985.

4. Братусь Б.С. Аномалии личности. М.: Мысль, 1988.

5. Братусь Б.С. Опыт обоснования гуманитарной психологии // Вопр. психол. 1990. № 6. С. 9–17.

6. Братусь Б.С. Психология. Нравственность. Культура. М.: Роспедагентство, 1994.

7. Воробьева Л.И. Гуманитарная психология: предмет и задача // Вопр. психол. 1995. № 2. С. 19–30.

8. Ганнушкин П.Б. Избр. тр. М.: Медицина, 1964.

9. Зейгарник Б.В., Братусь Б.С. Очерки по психологии аномального развития личности. М.: Изд-во МГУ, 1980.

10. Зинченко В.П. Возможна ли поэтическая антропология? М.: Изд-во Российского открыт. ун-та, 1994.

11. Зинченко В.П., Моргунов Е.Б. Человек развивающийся: Очерки российской психологии. М.: Тривола, 1994.

12. Зов бытия: Философско-психологический семинар (Памяти Г.И.Челпанова) // Человек. 1996. № 2. С. 41–48; № 3. С. 78–99.

13. Лазурский А.Ф. Классификация личностей. М.: Прибой, 1923.

14. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. М.: Мысль, 1968.

15. Леонтьев А.Н. Избр. психол. произв.: В 2 т. Т. 1. М.: Педагогика, 1983.

16. Лурия А.Р. Маленькая книжка о большой памяти. М.: Изд-во МГУ, 1968.

17. Начала христианской психологии / Отв. ред. Б.С.Братусь. М.: Наука, 1995.

18. Неймарк М.С. Направленность личности и аффект неадекватности у подростков // Изучение мотивации поведения детей и подростков / Под ред. Л.И.Божович, Л.В.Благонадежиной. М.: Педагогика, 1972.

19. Несмелов В.Н. Наука о человеке. Казань, 1994.

20. Петровский А.В. М.М. Бахтин, Ф.М. Достоевский: психология вчера и сегодня // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14. Психология. 1985. № 3. С. 56–58.

21. Психология и новые идеалы научности (материалы «круглого стола») // Вопр. философ. 1993. № 5. С. 3–42.

22. Психология личности: Тексты / Под ред. Ю.Б.Гиппенрейтер, А.А.Пузырея. М.: Изд-во МГУ, 1982.

23. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М.: Изд-во АН СССР, 1957.

24. Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии / Отв. ред. Е.В.Шорохова. М.: Педагогика, 1973.

25. Солженицын А.И. По минуте в день. М.: Аргументы и факты, 1995.

26. Толстой Л.Н. Путь жизни. М.: Республика, 1993.

27. Челпанов Г.И. Сборник статей (психология и школа). М.: Изд-во И.Н.Кушнарева, 1912.

28. Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990.

29. Шрейдер И.А. Лекции по этике. М.: Мирос, 1994.

30. Вrаtus В.S. Anomalies оf реrsonality. From the denviant to the norm. Orlando: Pаul М. Deutsch Press, 1990.

31. Golomb А., Reykowski J. Studia nad rozwojem standartow ewalnatywnych. Warszawa: Ossolineum, 1986.

Поступила в редакцию 19.V 1997 г.

Текст приводится по изданию:

Братусь Б. С. К проблеме человека в психологии // Вопросы психологии. 1997, № 5, с. 3-19 (в журнале текст дан в две колонки на страницу).

Номера страниц идут после текста.

Текст в данном оформлении: Библиотека сайта Христианская психология и антропология.

Источник:
Проблема человека в психологии
Текст работы: Братусь Б. С. К проблеме человека в психологии.
http://www.xpa-spb.ru/libr/Bratus/k-probleme-cheloveka.html

Проблема человека в психологии

10.2. Проблема личности в психологии

Человек – самое непостижимое явление из всего существующего в мире и наиболее интересный предмет для себя самого. Он представляется существом многосторонним, многомерным и сложно организованным. Понимание сущности человеческой субъективности возможно только с позиций целостного, системного и историко-эволюционного подходов. В отечественной психологии традиционно утвердились три основные понятийные категории, отражающие три аспекта существования человека: «индивид», «личность», «индивидуальность». Наиболее последовательно такое различение проведено в работах А.Н. Леонтьева.

1. Человек как индивид предстает в своих природных, биологических особенностях, т. е. как существо материальное, природное, телесное в его целостности и неделимости. Познание человека как индивида предполагает рассмотрение природных основ его жизни, его психологии.

В основе понятия «индивид», согласно А.Н. Леонтьеву, лежит факт неделимости, целостности и особенности каждого человека, возникающих уже на ранних ступенях развития жизни. «Индивидом рождаются».

2. Личность – одна из базовых категорий психологической науки и одно из наиболее широко применяемых понятий. Традиционно в психологии в это понятие вкладываются представления о наиболее развитом уровне человеческой субъективности. Реальность, которая описывается термином «личность», проявляется уже в этимологии. Словом «личность» (persona) первоначально обозначалась маска, надевавшаяся актером древнегреческого театра. Постепенно понятие личности наполнялось все большим многообразием смысловых значений, оттенки и диапазон которых в определенной мере специфичны для каждого конкретного языка. В русском языке слово «личность» близко слову «личина», которое, согласно В.И. Далю, обозначает исполнение чужой роли, притворную внешность, общественное лицо, обращенное к окружающим.

Таким образом, в значении слова «личность» можно выделить два основных смысла. Первый, наиболее очевидный смысл – несовпадение собственных характеристик человека с содержанием роли, которую он исполняет. Второй – социальная типичность исполняемой роли, ее открытость другим людям.

Представления о личности как о системе ролевого поведения, обусловленного совокупностью устойчивых социальных ожиданий со стороны ближайшего окружения, нашли отражение в так называемой ролевой теории личности. В отечественной психологии эта теория подвергается резкой критике. Действительно, человек в обществе включен во множество различных социальных групп (в их числе семья, учебная группа, рабочий коллектив, дружеская компания и т. д.) В каждой группе он занимает определенное положение, обладает неким статусом, к нему предъявляются определенные ожидания. Таким образом, один и тот же человек должен вести себя по-разному в разных ситуациях, т. е. выступать в разных ролях. Однако личность – это именно то, что позволяет сохранить целостность своего «Я». Личность – это не структура ролей, а человек, жизнь которого не сводится к исполнению заданных ролей.

Несмотря на то что личность является центральной и обобщающей категорией психологии, единого определения этого понятия не выработано. Ни одно из множества определений личности, существующих в психологической науке, не может быть признано всеобъемлющим и бесспорным. Обобщая многообразие взглядов на природу и механизмы личностного развития, можно выделить некоторые общие моменты:

1) личность – это особое качество или характеристика человека, которое приобретается индивидом в обществе, в совокупности тех общественных по своей природе отношений, в которые он включается. Если индивидом рождаются, то личностью становятся;

2) личность характеризует человека со стороны его общественных связей и отношений, т. е. взаимосвязей с другими людьми. А.Н. Леонтьев называл личность «сверхчувственным образованием», т. к. эти связи и отношения с другими людьми составляют особую реальность, недоступную непосредственному восприятию.

Следовательно, понятие личности в психологии обозначает особый способ существования человека – существование его как члена общества, как представителя определенной социальной группы;

3) сущность личности заключается в способности человека действовать свободно, самостоятельно и ответственно. Личностное поведение – это поведение по собственному свободному выбору;

4) личность – это не раз и навсегда сформированное качество, а постоянное развитие.

3. Индивидуальность (от лат. individuum – неделимое) – высший уровень интеграции человека по отношению к индивидному и личностному уровням. Индивидуальность одновременно фиксирует своеобразие и неповторимость человека как индивида и как личности. Развитие индивидуальности – это жизненный путь человека.

Источник:
Проблема человека в психологии
Автор: Макарова И, 10.2. Проблема личности в психологии — Психология: конспект лекций, Жанр: философия
http://www.e-reading.club/chapter.php/97640/70/Makarova_-_Psihologiya__konspekt_lekciii.html

COMMENTS